Одесса
7 Co
USD

ТУЗЛОВСКИЕ ЛИМАНЫ — НА КОСЕ ВЫКУСИ

Тузловские лиманы начали пересыхать: всего лишь за год они потеряли 10 % водной поверхности. А жадных до рыбы из Национального парка становится все больше. Браконьеры, экологи и пограничный трэш — смотрите прямо сейчас.

В Нацпарке «Тузловские лиманы» небольшой праздник. Коллеги из Закарпатья приехали в бессарабскую степь выпустить на волю соколов. В нацпарке «Синевир» ухаживали за ними больше года.

TUZLY-(2)

За всеобщим весельем не чувствуется нависшей угрозы. Сегодня здесь все рады, сразу четыре редкие птицы вернулись в дикую природу. Беда близко, прямо здесь под ногами.

Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент
– Птичка, камбала, дельфинчик –  символический «нулевой километр» Лебедевской косы, отсюда она начинается. Узенькая полоска земли между морем и лиманами, но вот лиманы в последнее время стали мелеть, совсем как Куяльник когда-то. Для того, чтобы спасать Куяльник, пришлось прокладывать трубу из моря. Здесь была ЕСТЕСТВЕННАЯ прорва, ее ИСКУССТВЕННО закрыли.

TUZLY-(36)

Иван РУСЕВ, и. о. директора Нацпарка «Тузловские лиманы»
– Из-за того, что главную прорву на 24-м километре в заповедной зоне уже два года мы не можем открыть, не поступает достаточно воды. Вода поступает только маленьким ручейком здесь, на втором километре. Ее не хватает, потому что площадь лиманов — около 20 тысяч гектаров, испарение очень сильное, особенно летом было, и море не могло напоить эти лиманы.

Иван Русев – исполняющий обязанности директора Нацпарка. Он неудобный, уже который год работает с приставкой и. о. 

Всего лишь за год Тузловские лиманы потеряли 10 % водной поверхности — больше двух тысяч гектаров стали сушей. Вот единственный канал между морем и лиманами, он наполовину прикрыт, это рыболовное сооружение, а не гидротехническое. Он нужен только для того, чтобы ловить кефаль. Нацпарк несколько раз пытался восстановить естественную прорву, но так и не смог: хозяева рыболовного канала каждый раз ее засыпали.

Пока общественники и экологи остаются праздновать на «нулевом километре», мы вместе с инспекторами нацпарка отправляемся дальше по косе. Сегодня у них по плану — очистка второго километра от браконьерских сетей. Лиман заметно обмелел, так что лодку приходится тащить по суху добрых пару сотен метров.

Виталий Димов с инспекторами уже срезают сети браконьеров, и тут — новый поворот. На место прибывает наряд пограничников. Проверка документов — контролируемый пограничный район. Их не интересуют сети, их не волнуют браконьеры. Вопросы только к сотрудникам нацпарка. Один инспектор забыл удостоверение в другой машине — получи протокол. Вот дырявая старая лодка на прицепе — еще один протокол. Служащие одной государствоенной конторы пришли штрафовать сотрудников другой. Все остальное — неважно.

Касим: – Це ж контрольований прикордонний район, правильно? Скажіть, будь ласка, хто поставив ці сітки? Ви ж маєте це знати… Лейтенант Гуменюк: – Так, ми виявляємо, але ми не контролюємо процес ставлення сіток. Касим: – То ви не знаєте, хто це? Лейтенант Гуменюк: – Ми не знаємо, хто це. Ми контролюємо контрольований прикордонний район. Касим: – Розумієте, в моєму уявленні «контроль» — це, коли вночі тут хтось щось робить, я про це знаю: хто він, що він і навіщо тут знаходиться. Якщо тут будь-хто ходить і ставить сітки, і ви не знаєте, хто це, то ви не контролюєте цей район.

Пара минут и на сцене появляется новый персонаж. Старенький джип на бляхах, из него выходит Юрий Шаповалов. Так вот чьи сети! Мужчина страшно переживает, говорит — сотрудники нацпарка режут его законные снасти.

Юрий Шаповалов, местный, из Базарьянки
Касим: – Ви їх давно тут поставили? Шаповалов: – Сьогодні… вечором. То єсть, вчора вечором. В мене єсть документи. Касим: – Скільки тут ваших сіток? Шаповалов: – П’ять сєток. Касим: – Скажіть, будь ласка, ви впевнені, що вони знімають зараз саме ваші сітки? Шаповалов: – Більше, чим впевнений! Камеру можна сюда побліже? Так же само, як і парк, — весною і лєтом ні одного прєдставітеля не було. Отам на косі — гори мусора! Коли пішла риба, парк уже тут. Всю осінь нікого немає, всю осінь — і от парк тут. Ви понімаєте, яке отношеніє! Касим: – Понімаю. Шаповалов: – О!

Идем, посмотрим, что же за сети нарезали в лимане инспекторы нацпарка “Тузловские лиманы”. Вот они, свалены в кучу, ни одной легальной — все браконьерские.

Виталий ДИМОВ, начальник службы безопасности Нацпарка “Тузловские лиманы”
– Нами візуально виявлено 7 знарядь лову — сіток. Ці сітки, вони, як правило, використовуються для лову кефалевих видів риб. Ці сітки встановлені незаконно. Тобто в них… за правилами рибальства, якщо сіть — знаряддя лову — встановлено в акваторії водойми любої, вона має бути обіркована біркою встановленого зразка, на цих знаряддях лову жодної бірки нема.

Пограничники выписывают протоколы, общественники ругаются с браконьерами. Это старый спор, они как будто отошли ненадолго, и вот — вернулись, чтобы продолжить с того же места. Рыбаки хотят ловить, экологи — контролировать.

Шаповалов: – Не більше вас, Ірина Михална. Даже вас не можу переговорити. Выхристюк: – Так, а для чого в такому випадку ви взагалі зі мною спілкуєтесь? У нас давно закрита тема… Шаповалов: – Ну тєлевідєніє знімає, ну…

Роли меняются на лету. Вот Юрий Шаповалов — обиженный рыбак, показывает какие-то ксероксы. Хлоп, и передумал. Через пять минут — просто мимо проходил, и не рыбак он вовсе, и сети не его.

Юрий Шаповалов: У меня мечта пообщаться с парком, — в нормальных отношениях пообщаться, решить вопрос с документами, каким образом, но вы видите, что это общение никак не складывается. Ирина Михайловна, это вообще — тяжелый человек. Касим: Вижу, тяжелый человек. Все кругом — тяжелые люди. Вы ведь тоже не простой человек. Я же помню, как вы приехали и сказали, что там сотрудники нацпарка воруют ваши сети. Было такое? Юрий Шаповалов: Это не мои сети. Касим: Я не буду искажать вашу позицию. Юрий Шаповалов: Не, мне просто надо было зацепиться на разговор.

Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент
Солнце село, сети изъяли — рыбак Юра в конце-концов от них категорически отказался, составили друг на друга несколько перекрестных протоколов. Пятый год в Одесской области не могут урегулировать вопросы рыбалки.

В итоге, наряд пограничников, зацепившись за формальности, таки сорвал инспекторам парка уборку браконьерских сетей. Успели отработать только один пляж, темнеет — больше сегодня ничего не успеть.

На следующий день мы — в Одесском погранотряде. Здесь категорически уверяют — их сотрудники на косе действовали исключительно правильно. В режиме без записи признают: пограничники в Лебедевке сильно обижены на Русева, мол, руководство парка создает больше проблем, чем решает. Но формально — нет-нет, что вы, что вы, никакого предубеждения.

Руслан ЕВТУШИНСКИЙ, замнач. Одесского погранотряда, подполковник
– Упередженості у нас немає, адже у нас підписаний спільний план дій з ініціативи товаріща Русєва у вересні місяці про виконання спільних заходів. Але чомусь, коли треба провести якісь спільні заходи, він не інформує нас, хоча в плані взаємодії чітко прописано, що він нас повинен завчасно інформувати про проведення якихось заходів або проінформувати чергового підрозділу про проведення спільних заходів. Ні тої, ні тої інформації від нього не було.

Весной этого года Министерство экологии утвердило лимиты на вылов рыбы в Тузловских лиманах. И только полгода спустя, в октябре, областная администрация начала выдавать разрешения на ловлю. Пять лет эти лиманы были браконьерской серой зоной. ни один государственный орган не смог это остановить, и вся рыба до сих пор достается вот этим ребятам.

Иван РУСЕВ, и. о. директора Нацпарка “Тузловские лиманы”
Количество браконьерских сетей — огромное. По нашим оценкам, прикидочным, около 2000 сетей в этих лиманах.  Конечно, те люди, которые здесь живут в этих селах, они имеют право ловить — в законный способ, и мы сторонники этого, и парк поддерживает. Но те, которые браконьерят, особенно те, которые делают эти каналы незаконные без экспертизы и вылавливают основную часть рыбы, это — противозаконно, и мы с этим будем бороться.

Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент
Вы можете подумать, что все это не имеет к вам лично никакого отношения. Вовсе не так. Когда-то в Одессе в любое время года можно было купить свежей скумбрии в любом количестве, сейчас проще и дешевле найти мороженую из Норвегии. Кушайте кефальку, и надейтесь, что взбалмошный Иван Русев продолжит бороться со своими ветряными мельницами, которые на самом деле оказались настоящими великанами.

6 ноября, 2017 21:30