Одесса
23 Co
USD

ПАТРИОТИЧНЫЙ ГРАБЕЖ

 

 

Депутаты “решают”, псевдопатриоты грабят, селяне “щимят”. В области уничтожают бизнес ради земли, пиара и денег. Как депутатская корысть и сельская зависть нашли друг друга — в нашем расследовании.

“Автомайдан” скандирует: Давай, Малюта, уе…й отсюда. Давай, Малюта, уе…й отсюда.

11 мая этого года. У ворот предприятия “Химтрейд” в селе Васильевка — около сотни людей в масках. В первых рядах — лидер движения Евгений Резвушкин из “Автомайдана Одессы”. Обычно эти ребята работают на мэра Труханова. В свое время Резвушкин лично разгонял “Антитрухановский майдан” на Думской.

Резвушкин: — Вы с сегодняшнего дня не работаете, и у вас неделя времени, чтобы отсюда уехать. И поверьте мне, придут невідомі патріоти и разнесут этот завод к бениной маме, и полиция приехать не успеет.

Невидоми патриоты Резвушкина уже приходили на “Химтрейд” полтора года назад, избили работников, ограбили склад. Уверяют, действовали радикально от безысходности, местные пожаловались — травит предприятие все село. Едем в Васильевку.

Мария КОВАЛЕВА, специальный корреспондент
— “Химтрейд”, как и многие предприятия в области, занимается фасовкой готовой продукции. Это не завод и не фабрика, здесь нет производства. По факту разливают в тару автомобильную и бытовую химию. Но у коренных васильевцев свой взгляд на будущее этого участка за пределами села.

Местный 2: — Я предложил ему, пусть сделает тут ликеро-водочный завод, было бы вообще классно. Пусть разливает. Мы будем только “за”.

Конфликт длиной в полтора года. Три с половиной гектара — промзона, но на берегу живописного озера лакомый кусочек. На арену спасения земли и здоровья выходит депутат одесского облсовета от партии “Доверяй делам” Дмитрий Чапир. “Автомайдан”, Труханов, “Доверяй делам”? Да что вы, просто случайно здесь оказался. Он назначает собрание прямо в кабинете главы Беляевской райадминистрации. Настолько проникся человек проблемами села, что пришел в чужой округ дела решать.

Дмитрий Чапир: — Я считаю, что на данный момент камень преткновения — это как раз земельный участок, на котором вы находитесь, на котором вам очень удобно находиться. Ведь если этот земельный участок выкупить или брать его в аренду, как полагается земли промысловости в квадратных метрах, то поверьте мне, ваша аренда не будет исчисляться 18-ю тысячами в год.

Вот разрешение от сельсовета, вот — от райрады. Сергей Малюта, хозяин химки, выкладывает на стол свои бумажки. Вся штука в том, что “Химтрейд” — обычное легальное предприятие со всеми документами. Какие претензии?

Сергей Малюта: — Мы пришли, кроме сельского совета обратились также и к вам, в райадминистрацию, где получили разрешение и с архитектуры Беляевского района, что эта земля подходит под производство этого вида деятельности, которой мы занимаемся.

С депутатским размахом Дмитрий Чапир обещает: все решим, предприятию во что бы то ни стало надо переехать. Сергей Малюта спешно складывает бумаги в пакет. Депутат легким движением руки организовал встречу с мэром Теплодара, хороший город, далеко от Васильевки, рекламирует выгоду от переезда.

Дмитрий Чапир: — Деньги поступают в бюджет от приватизации, город использует их на развитие своей инфраструктуры. Это нормальная ситуация.

Мэр Михаил Жовнер слегка недоумевает: такой налоговый дар ему на блюде привезли, за последние два квартала “Химтрейд” отдал в районный бюджет 147 тысяч гривен. И делает встречное предложение.

Мэр: — Открываем газету “Теплодарский вестник”, открываем шестую страницу, вот есть оголошення, что у нас сдается в Теплодаре на промзоне.

Депутат упорный, он готов лишить свой Беляевский район кусочка дохода. Если “Химтрейд” переедет в Теплодар, налоги уйдут в городской бюджет. Однако Дмитрий Чапир согласен на всё, так спешит освободить землю, что даже не вникал в нюансы.

Чапир: — По большому счету нужно разобрать соединения, погрузить в машину и перевезти, и установить.
Малюта: — А подземные?
Чапир: — У вас подземные тоже есть?
Малюта: — У нас большинство — это подземные емкости.
Чапир (задумчиво-расстроенно): — Умммммм…

Не заладился переезд. Сергей со своей женой Ириной, теребя газету, осматривают промзону. Кругом бетон и недострои. Чтобы запустить бизнес, все придется начать с нуля.

Сергей Малюта (слезы на глазах): — Если есть какие-то нарушения… Но если их нету, нельзя же просто так это все делать, уничтожать…

На тихих улочках Васильевки ни души. На окраине села баррикады — люди уже изрядно подогрелись и рвутся в бой, каждый за свое.

Местный 1: — Ты с..ка-б..дь у меня ща ногами вкроешься.

Местный 2: — При температуре 30 градусов здесь вообще находиться в ближайшем метраже невозможно. Дышать тяжело, все горит, все растения горят.

Надюк: — Почему вы не работает сейчас на этом заводе?
Местный 3: — По болезни. Заболел псориазом.

Местный 1: — Внизу у нас предприятие, которое разливает минеральные удобрения, только “за”. Людей там работает гораздо больше, хоть и цех меньше. И разливает, и люди там работают. И это не вредно. Мы за них всеми руками.

Фасовщики минеральных удобрений находятся прямо в центре села, за этим храмом. Здесь торгуют запрещенным в Украине ядом “Триходермином”. Но рядом нет озера, и есть много рабочих мест, значит не воняет. За забором “Химтрейда” большая свиноферма, но местные называют это органическим запахом. К кучке протестующих подъезжает глава села Михаил Мазурак и идет в полный отказ, я тут дела не решаю.

Глава села: — Всем занимались активисты, мы им дали права.
Надюк: — Вы обращались в районный или областной СЭС?
Глава села: — Обращались активисты, мы им дали такие полномочия.
Надюк: — А вы как глава села?
Глава села: Я как голова сільради не обращался никуда.

Требования местных жителей мы поняли: один хочет дорогу, второй, чтобы не воняло, третий, чтобы никто не болел, четвертый — деньги от налога в бюджет села, а не района. У каждого из 20 протестующих свои предъявы. Заходим на осажденное предприятие. В укромном зеленом уголке коллектив говорит о своем, как живыми домой дойти. Марь Иванна, главный технолог, — женщина строгая, показывает хозяйство.

Мария Ивановна: — Красиві вікна були, металопластикові. За один вечір всьо. І поджигали.

Зависть селян понять можно, в 2002-м, на заре развития, “Химтрейд” набирал местных на работу. Теперь же кругом автоматика.

Сергей Малюта: — Если работать только с ручным трудом, мы не сможем продавать свою продукцию ни по Украине, ни куда-то еще. Мы будем просто неконкурентны по сравнению с европейцами.

По всему периметру — огнетушители и щиты, после полетов бутылок с горючей смесью укрепили забор, ставят новую пожарную сигнализацию. Все попытки сжечь “Химтрейд” не удались, а какой был шанс для Резвушкина. Опасное предприятие, пожароопасное, выжечь до тла, землю освободить. Вот активисты ходят по цехам и рассуждают.

“Автомайдан”: — А представь, тут спичечкой и всё, ж..па, села нету.

Аня самая молодая на предприятии. Отношения с односельчанами не складываются на почве зависти.

Аня: — Они очень сильно угрожают и побьют, и все это, это огромная зависть, я вам скажу почему, я хожу каждый день на работу, а они сидят дома, ничего не делая. Они меня спрашивают, как тебе не стыдно вернуться. Мне не стыдно, я не украла, я никого не убила, я здесь зарабатываю деньги, мне дают работу, и я очень рада.

Мария Ивановна: — Хто-то облюбовав нас.

Мария КОВАЛЕВА, специальный корреспондент

— Кто же облюбовал землю предприятия? Первыми вломились бойцы “Автомайдана” — карманная армия Труханова, в финале на поле боя возник Дмитрий Чапир — депутат от партии Труханова “Доверяй делам”. Труханов обратил свой взор на область? Вряд ли. Просто его люди еще немножко подрабатывают шитьем, ну как умеют.

 

22 мая, 2017 21:36