Одесса
-3 Co
USD

ПРОСТИ МЕНЕ СИНКУ

“Прости мене синку, я більше не буду”, — все, что смог сказать своему избитому до полусмерти сыну изверг-отец. Где предел наказания, что будет с жертвой тяжелой папкиной руки и почему система ювенальной превенции недееспособна — в нашем расследовании.

Ссадины и кровоподтеки по всему телу. Это 11-летний пятиклассник Игорь Полищук из села Бараново Ивановского района. Видео снял хирург из районной больницы. Мы отправляемся в Ивановку. Местный журналист-общественник Виктор Буць первым забил тревогу в Ивановских новостях.

Виктор БУЦЬ, журналист-общественник
— Хлопчик був доставлений в лікарню із значними забиттями, в жахливому стані, заляканий був. І безпосередньо люди вирішили не мовчати, звернулися до нас, щоб відповідно ми, як громадська організація, розібралися в цьому питанні.

BARANOVO (4)

Мы договариваемся с коллегами  поработать вместе. Они знают всех местных в районе, да и зрители им доверяют. А мы умеем проводить расследования.

Виктор БУЦЬ, журналист-общественник
— Місцеві жителі Баранового стверджують, що це не перший випадок.

10 марта Игоря с третьего урока увезла скорая вместе с полицией. Едем навестить его в хирургию и пообщаться с врачами.

Виктор БУЦЬ, журналист-общественник
— Сказав, що в 10:30, сьогодні буквально, приїхала мама і забрала дитину.

Куда же отвезли мальчика, неужели обратно к отцу? Пока лечащий врач на операции, идем к главврачу. Леонид Колесник уверяет — мать пообещала отправить мальчика на дальнейшее лечение в другую больницу.

Леонид КОЛЕСНИК, главврач
— Його мають забрати, одправити в обласну лікарню для того, щоб дообсліджувати там внутрішні органи.

Жизнь Игорька буквально висела на волоске.

Главврач: — Можно было убить.
Врач-невропатолог: — Можно было.
Главврач: — Болевой шок мог такой быть, шо…

В этой истории очень много темных пятен. После инцидента отец в спешном порядке отбыл в Киев забирать жену и младшую дочь после операции. Подозрение ему вручить не успели. Уголовное производство открыли только 15 марта, когда семья вернулась в Бараново. 5 дней прошли впустую. По дороге в хирургию мы встречаем инспектора Марину Дмитриевну, именно она забрала Игоря из школы.

Марина ГРАМАТИК, инспектор ювенальной превенции
— С целью профилактической работы мы приехали, и полиция, и центр социальной помощи в одну из школ Ивановского района. Зашли в один из классов, увидели мальчика с ссадинами на лице.  Ребенок сидел на уроках, просто так совпало, что приехали мы. Ребенка осмотрела медсестра, которая работает в школе.

Мы точно знаем: никакой медсестры в школе сейчас нет, она в декретном отпуске. Увидев избитого мальчика, полицейские и сотрудники соцслужбы поехали прямиком к отцу за пояснениями. Все это время ребенок корчился от боли в школе.

Марина ГРАМАТИК, инспектор ювенальной превенции
— Он считает, что его ребенок должен учиться на высшем уровне, у него должны быть только отличные оценки. Та оценка, которую принес ребенок по данному предмету, его не удовлетворила.

Мария КОВАЛЕВА, специальный корреспондент
— Отец избил Игоря садовым шлангом, избил с особой жестокостью, а тогда приказал сыну идти в школу и без хороших оценок не возвращаться. После беседы с отцом полиция наконец-то вызвала скорую.

В полиции даже не в курсе, что мальчика забрали из больницы еще пару часов назад. К чему беспокоиться.

Марина ГРАМАТИК, инспектор ювенальной превенции
— Говорит, да, что родители ругали его за какие-то плохие отметки. Да, он мог какое-то наказание понести, если было какое-то непослушание с его стороны. Но до такой степени не доходило.

Николай Александров, зав. хирургией, закончил операцию и готов пообщаться. Это он снял те страшные кадры. У бывалого врача от увиденного волосы встали дыбом.

Николай АЛЕКСАНДРОВ, зав. хирургией
— Жестокость, жестокость по отношению к собственному ребенку. Не только сестрички и санитарочки, а и окружающие пациенты реагировали очень тяжело. Потому что, имея такие повреждения, тем более у ребенка, это несовместимо с человеческой моралью.

Где же Игорь? За ответами отправимся в Бараново, в родную школу. Директор Любовь Ярославовна тоже в шоке, думала, что ученик еще в больнице.

Директор: — Почали з того, що класний керівник хотіла запросити батька до школи, тому що хлопчик його боїться, чесно кажучи. Але батько сказав, що прийде додому, ми з ним розберемося.

В 5 классе классный руководитель Галина Ивановна объясняет детям их права. Пустует только место Игоря. Этот урок ему бы очень пригодился.

Кирилл: — Дитина має право на повноцінне харчування, на повноцінне життя, батьки не мають права піднімати на дитину руку, ображати, обзивати, принижувати її гідність.

Учителя уверяют, Игорь — очень старательный, прилежный ученик. Ничто в его поведении не настораживало, пока отец совсем с катушек не съехал.

Галина Ивановна, классный руководитель
— Я подумала, що він з кимось побився, в мене навіть в думках не було, що це міг зробити батько. Я його начала запитувати, а він: “Ні, я нічого не скажу, бо мені буде гірше.”

Директор: — Коли його приймали у відділенні, то казали, що медсестра плакала, побачила, що у нього одна сплошна гематома.

Дети объяснили, как найти дом семьи Полищуков. Мы еще надеемся, что мальчика просто перевели в областную больницу. Вот оранжевые ворота, вот фура. Отец — дальнобойщик. Из дома выбегает худенький мальчишка с огромными грустными глазами. Папка с мамкой куда-то уехали, смотрит младших сестричек. Ему не впервой, привыкший.

Игорь: — Я полтора года назад літком на місяць сам дома оставався з малою сестричкою.
Ковалева: — Півтора роки назад, це їй рочки три було.
Игорь: — Да.

Показывает руки, синяки почти сошли. Насторожено рассказывает о том злополучном утре. Боится, чтоб отец не узнал.

Игорь: — Просто у папи нєрви, нєрви. Деньги отдай, ще й за машину надо отдать за страховку. Нєрви, нєрви.
Ковалева: — А мала бачила як це все сталося?
Игорь: — Да.
Ковалева: — Що кричала, що казала?
Игорь: — Плакала в подушку. Він вчора плакав перед мамою, казав, чо я дитину побив.
Ковалева: — А тобі що сказав, як просив вибачення.
Игорь: — Прости меня сынок, я більше так не буду.

В конце улицы маячит синяя “Славута”. На такой ездит Владимир Полищук. А вот и сам отец семейства.

Отец: — Перед сином, перед сином я вже попросив пробачення, і органи опіки присутсвовали при цьому.

Ну хорошо, что перед органами опеки хоть бить не стал. Полищук-старший показательно обнимает сына, мол, все хорошо. Только у пацана все тело болит от отцовской любви. А за кадром дает свои пояснения. Этот хилый метр с кепкой переживает за деньги, за работу, за свои нервы, но больших сожалений за содеянное с сыном не испытывает. Заживет, был бы папка.

Отец: — Ну не здержався я, я винуватий, я не здержався, я його побив. Вони мені що, лучше зроблять. Хай вони мене посадять или судимость сделают. Чим оце вони мені хорошо сдєлают? Я завтра пойду візу відкривать, щоб поїхать в Польщу работать, мені не дадуть візу.

А еще Владимир Полищук точит зуб и на начальника полиции. Говорит к ребенку не пускал, да еще и угрозами сыпал. Как будто он что-то из ряда вон выходящее натворил.

Отец: — Його слова: “що я тебе посадю і так само виб’ю з тебе. Найму двух чучмеків, армян, і ти такий же самий синій будеш. Я тобі це обіщаю”.

Мы покидаем Бараново с тяжелым сердцем. Несмотря на информационный ажиотаж по всей Украине, Игорь снова дома с отцом. Синяки зажили, можно ставить новые. Игорь — парень ответственный, сбегать не будет. Не оставит наедине с родителем маму и двух младших сестричек, а разбирательства по таким делам могут длиться годами. Только на то, чтобы дело открыть, ушла почти неделя.

Мария КОВАЛЕВА, специальный корреспондент
— Ювенальная полиция и социальные службы вместе — полный ноль. Мы можем рассказывать детям о конвенции ООН по правам детей, проводить профилактику, все бесполезно. Система не работает, извергам грозит разве что воспитательная беседа, а дети просто боятся сказать правду, их некому защитить. Ведь вы поохаете, выразите глубокую озабоченность, а им с этими людьми придется жить и дальше. Как Игорю.

BARANOVO-(35)

20 марта, 2017 21:36