Одесса
21 Co
USD

Шахтеры-нелегалы

Нелегальные каменоломни и шахтеры-подпольщики. Каждый день они лезут под землю за ракушняком, надрываются в душных подземельях, рискуя жизнью и здоровьем. Мы решили разобраться, как устроен их бизнес, и отправились прямо в забой.

Обериговец: — Вот видишь, это еще лесничество. Вот сейчас лесничество окончится, и дальше пошел лунный пейзаж…
Still0426_00001
Это видео в апреле 2016 года опубликовали в Интернете активисты общественной организации “Обериг”. Они утверждают: под Одессой идет незаконная добыча ракушняка. Но возможно ли такое?
Еще в прошлом году прокуратура отчиталась, что закрыла все нелегальные каменоломни в Раздельнянском районе. Даже фотографии были.
На видео общественников ничего особо не разглядеть. Едем в область сами, проверим все на месте.
Still0426_00004

Село Егоровка, Раздельнянский район, 40 километров на север от Одессы. Дороги разбиты тяжелыми грузовиками. Мы проезжаем все село, поднимаемся на гору. Ракушняк тут добывали больше 100 лет. Все официальные шахты закрылись в конце 90-х. Крымский ракушняк обходился дешевле,чем одесский. Но где тот Крым? Говорят, нелегальные шахты в Егоровке теперь на каждом шагу.

Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент
— Тут у нас просто силовой кабель валяется в траве, пойдем посмотрим, куда он ведет. Теоретически должен вести на нелегальную шахту, потому что зачем просто так кому-то кидать кабель в траву?

Через пару сотен метров перед нами открывается котлован. Действительно, это очень похоже на шахту.
Still0426_00006
Касим: — Чуть дальше, вот там вот, где камни, вон там подъезжают машины, грузятся, и вот туда уходит штрек.

Мы обязательно еще посмотрим, что там внутри этой шахты. Но сначала оценим ситуацию с воздуха.

Коптер поднимается в небо. Пейзаж чудесный: зеленая весення степь да леса кругом. То тут, то там в земле зияют желтые дыры. Все это — нелегальные шахты. Плато между Егоровкой и Светлогорском изрезано вдоль и поперек.
Still0426_00008
Коптер в небе привлекает всеобщее внимание. Вот подходит мужичок в спортивках и тапочках. Узнал Евгения Лысого. Хочет приватно пообщаться.

Бригадир: — Евгений вас зовут?
Лысый: — Да, это точно.
Бригадир: — Я пока рассмотрел… Можно тебя на два слова? (отходят)

Евгений ЛЫСЫЙ, журналист
— Я, мол, от хозяина этой шахты, вот этой вот незаконной, вокруг которой мы летали. Что предпринять, чтобы вы отсюда уехали и прекратили съемку? Что сделать, как повлиять на нас, чтобы мы оттуда уехали?

“Нормально”. Отдел расследований на Седьмом. С нами нельзя договориться. Отправляемся на одну из шахт, которые мы успели приметить с воздуха.
Still0426_00009
Касим: — Здравствуйте, вы хозяин?
Сторож: — Нет.
Касим: — А кто вы?
Сторож: — Я здесь временно живу.
Касим: — Временно живете?
Сторож: — Да.
Касим: — А кто хозяин?
Сторож: — Я не знаю, кто хозяин.
Касим: — Ну в шахте ж идет работа.
Сторож: — Да нет, бут собирают ребята.
Касим: — Собирают бут, не пилят?
Сторож: — Нет.
Касим: — А кабеля зачем внутрь идут?
Сторож: — Ну… Освещение!
Касим: — Освещение, да? Но не пилят?
Сторож: — Нет.
Касим: — Только собирают?
Сторож: — Да.
Касим: — Ну мы пойдем посмотрим, как “собирают”.
Сторож: (вздыхает) — Ну давайте.

Шахта уже обесточена, свет не горит. Выключение электричества — сигнал для шахтеров “все наверх”. Мы встречаем работников совсем недалеко от выхода.
Still0426_00010
Касим: — Добрый день!
Шахтер: — Добрый.
Касим: — Что, кипит работа?
Шахтер: — Ну.
Лысый: — Пилите?
Надюк: — Пацаны, а сколько зарабатываете?
Шахтер: — Ни х…
Надюк: — Чего так?
Шахтер: — Мы сами себе домой возим…

Собирают камень себе домой в промышленных масштабах. Не слишком правдоподобно. Работа у них тяжкая — весь день шахтерам приходится тягать камень по штреку на ручной тележке, согнувшись в три погибели. Выпрямиться в полный рост можно только в забое.

Касим: — Вот она, собственно, эта камнерезка. Состояние хорошее, все смазано, видно, что работает. Даже пила теплая. То есть, работали буквально 10 минут назад. Обесточено все.

Still0426_00011

Чем чревата работа в нелегальных каменоломнях? Знакомьтесь, это Саша, он из Приднестровья, просит милостыню в Одессе у входа в супермаркет. Два года назад Саша согласился поработать на добыче камня в нелегальном карьере недалеко от Цебриково, тоже Одесская область.

Александр ЯКШИБАЕВ, добывал камень
— Я полез с ломом и начал рыть, и сверху, метров в с шести-семи, упала плита здоровая, накрыла меня. Я вообще никого не видел возле себя. Вот люди, которые даже проходили мимо меня, там село было рядом, я орал, меня никто не слышал…

Обе ноги перебило, Саша до сих пор толком не может ходить. Но ему еще повезло. Те, кого привалило в шахте, уже ничего никому не расскажут.
Still0426_00013
А вот еще одна нелегальная каменоломня. Это отсюда приходил мужичок и просил, чтобы этот сюжет не выходил в эфир. Прошло всего полчаса, но вход в шахту уже успели заложить ракушняком.

Касим: — Они бутовочку уже сложили, типа, никого нет.
Ковалева: — Смотри, как быстро запаковались, а? Элегантно.
Касим: — Один камень, да?

Как только заходим, сразу видно — в этой шахте трудятся более основательные работяги, чем в первой. У них все по-серьезному.

Гвоздев: — Еще дым идет. А вон пила…
Касим: — А вот их КМаЗ. Эти такие, — больше любят комфорт.
Ковалева: — Ну да, так уютненько все устроено.
Касим: — У них, во-первых, штрек в человеческий рост. Во-вторых, у них здесь тележка с мотоблоком. Ну, то есть, уже он сел себе и поехал. Не мучается. И КМаЗ у них с седушечкой. То есть, они здесь сидя работают, не стоя.

Still0426_00016
Даже при таком основательном подходе, работа — не позавидуешь. День напролет в душном штреке, пыль под потолок, вонь бензина и масла, горячие потоки воздуха от камнерезки.

Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент
— Таких шахт в округе десятки, все они — нелегальные. На каждой шахте работают по два-три человека, зарабатывают они немного, основную прибыль получает хозяин шахты. О технике безопасности не слышали, если что-нибудь здесь случится, ни пенсии, ни компенсации.

Хозяин — это тот, кому принадлежит оборудование. Все эти КМаЗы, мотоблоки, кабели стоят немалых денег. Но это не официальное предприятие. В случае беды, никто никого не знает, никто никому ничего не должен. Опасная работа. Вон Саша-инвалид — так сильно хотел бы отыграть все назад, а поздно.

Александр ЯКШИБАЕВ, добывал камень
— Я жалею, что я туда поехал, меня что-то держало, говорили: не надо, не надо. И в итоге я туда поехал, потому что деньги нужны были. Я каждый день ломом ковырял, кувалдой бил эти камни. И вот, что я взамен получил.
Still0426_00012
Прокуратура в Егоровке в прошлом году штрафовала только рабочих, хозяев шахт так и не нашли. Странно. В селе их знает каждый. Называют два имени — Артем Хилковский и Вадим Жосан.

Мужик 1: — Кар’єр його.
Мужик 2: — Його кар’єр.
Надюк: — Хілковський?
Мужики: — Да.
Надюк: — А хто це такий?
Мужик 2: — Валерія Хілковського син.
Мужик 1: — Його шахта.
Мужик 2: — Його оті кар’єри.
Надюк: — А, его вот эти все карьеры?

Надюк: — Как его, Валерой зовут?
Продавщица: — Не, Валера умер…
Надюк: — А это его сын? А как его зовут?
Продавщица: — Артем.
Надюк: — Ага, Артем Валерьевич…
Still0426_00018
Мужик 3: — Артем…
Мужик 4: — Артем, це ж Хилковского сын.
Мужик 3: — Сын.
Надюк: — Да, Хилковский. А еще кто?
Мужик 4: — Жосан, но я думаю…
Надюк: — Жосан? А кто это?
Мужик 4: — Ну он тоже шахту держит. Жосан.
Надюк: — Это фамилия у него такая?
Мужик 4: — Жосан, да.
Надюк: — ЖО-САН?
Мужик 4: — Да. Он на Карпово живет.

Артем Хилковский — 23 года, депутат Егоровского сельсовета. Вот его дом. А те шахты, где нам говорили ,что просто собирают бут, — это Вадим Жосан. Что характерно, тоже депутат, в Раздельнянском райсовете, от “Оппоблока”.

Массовая нелегальная добыча ракушняка под Одессой началась почти сразу после аннексии Крыма. Раньше строительный ракушняк возили оттуда, на полуострове его добывали в огромных количествах открытым способом. Теперь камень приходится добывать из-под земли. Он сильно подорожал, нелегальная добыча становится только выгоднее.

Still0426_00014
Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент
— “Раз” 400 кирпичей у нас лежит. “Два” 400 кирпичей. Уже 800. 1 200, 1 600 кирпичей. 2 000 кирпичей. Одесский у нас сейчас по 13.50 за штуку, то есть фактически 2 000 кирпичей у нас, получается больше 25 000 грн.

Две тысячи кирпичей — дневная норма добычи. Одна бригада из трех человек может приносить хозяину весьма солидные деньги. За легальностью добычи должна присматривать государственная служба геологии и недр. В Одессе она существует только на бумаге. Пять человек на весь Азово-Черноморский регион, единственный номер телефона, и тот не отвечает. Даже в центральном офисе Госслужбы по недрам в Киеве не знают, где расположен их одесский филиал. В обладминистрации мы его так и не нашли.

Вячеслав КАСИМ, специальный корреспондент

— Раз уж добыча ракушняка после аннексии Крыма стала в Одессе таким выгодным делом, государство должно было его легализовать, выдать хозяевам шахт лицензии, а рабочим обеспечить безопасность и защиту. Но оказалось, что у государства для шахтеров есть только прокуратура. Пришла, оштрафовала и работай дальше. А остальное — частности.
Still0426_00022

26 апреля, 2016 16:39